Алим Кирюшин. СЛЁЗЫ НА КОЛЁСИКАХ

(Опубликовано в №8 газеты «Заря Севера» за 1995 год).

Прим. редакции. Наш журналист, к сожалению, ныне покойный Алим Алексеевич Кирюшин на протяжении нескольких лет публиковал в «Заре Севера» отрывки из своих дневниковых записей. Общее название он дал этому циклу «Слёзы на колёсиках». Они небезынтересны хотя бы тем, что повествуют частенько о людях в истории Колымы очень известных. Данный файл мы будем пополнять по мере оцифровки публикаций нашего старшего товарища.

НА КИТОБОЕ

В 1980-м году бывшему Чукотскому автономному округу исполнилось 50 лет. По этому поводу я был командирован туда Магаданским книжным издательством, чтобы собрать материал для книги, посвященной событию.

Вместе со мной по городам и селам Чукотки кочевал московский фотохудожник Геннадий Куклов. Этот человек, мастер-золотые руки, работая в п. Шахтерский (Анадырский район) фотографом-бытовиком, изобрел и смастерил собственноручно уникальный фотоаппарат. Чтобы сделать снимок этой машинкой, надо было, нажав кнопку затвора, падать на землю, дабы не попасть в кадр: фотоаппарат с одного раза заснимал вкруговую все, что попадало в его объектив. После того, как газета «Труд» рассказала об этом, Г. Н. Куклова пригласила на работу Московская торговая палата.

Так северянин, многие годы друживший с писателями Альбертом Мифтахутдиновым,

Юрием Рытхэу и чукотской поэтессой Антоноиной Кы-мытваль — стал москвичом.

Именно у Антонины Кымытваль я познакомился с Г. Кукловым, а потом — совместная командировка по Чукотке, более близкое знакомство. Вместе с ним побывали мы и на борту известного всей Чукотке китобойного судна «Звездный», в гостях у бессменного его капитана Вотрогова, — гурмана, поклонника и пропагандиста блюд из китового мяса.

Каждый раз, уходя на промысел из Провидения, капитан Вотрогов бросал якоря подальше от берегов, и судно отстаивалось на 2 — 3 дня. До тех пор, пока пьяные зверобои окончательно не трезвели, а все то, что было захвачено с собой на борт, не выпито. Капитан Вотрогов, как видите, очень своеобразно боролся с алкоголизмом. Кстати, выпускал он на «Звездном» и рукописный журнал «Зеленый Змий».

Там, на борту «Звездного» и записал я несколько специфических выражений, связанных с употреблением алкоголя (и не только).

— Зеркально мыслишь...

— Надо же! В очках, а видит...

— Ну что, смочемся? (т. е. «выпьем»)...

— Давай, насыпай (т. е. «наливай)...

— А он уже лежал кверху воронкой (т. е. уже был хорош и лежал на спине, спал, открыв рот)...

— Возьми, корефан, стакан. Согрей шею!

— Это был мой последний звонок (т. е. дошел до кондиции, «выключился»)...

— Эй, на «Звездном»! Можно ли мне поговорить с доктором Добровольским?!

— Нет, это невозможно!

— Почему?

— У него стул сломался…

СУРЖИК

Заходил в гости Стас Дорохов — журналист, детский поэт из пос. Провидения (Чукотка), очень близкий друг Альберта Мифтахутдинова. Алик, можно сказать, и приобщил Стаса к литературным изыскам, всячески опекая его в этом деле.

Был славный вечер, сидели допоздна, Дорохов вдохновенно читал стихи. Говорили на всякие темы. В частности, Стас, неожиданно спросил:

Почему — Алим? Откуда такое имя? Ты ведь — русский...

Мне уже порядком надоели подобные расспросы — Стас не первый, кто этим поинтересовался. Такой вопрос возникает буквально при каждом новом знакомстве...

— Во-первых, — отвечаю Стасу, — я не совсем русский. Я, как говорят на Украине, суржик (нечистая, переродившаяся пшеница, переводня — по словарю В. Даля), отец — русский (брянский лапотник), мать — чистокровная украинка.

А во-вторых, появилось имя мое чисто случайно, хотя на Украине оно распространено.

А дело было так… Мои родители, отец Алексей и, ожидавшая меня мать Евдокия, пошли в кинотеатр на фильм с интригующим названием «Алим — крымский разбойник». В фильме действовала шайка благородных разбойников, грабивших богатых и раздававших награбленное бедным. За главного у них был Алим...

После просмотра кино меня и угораздило появиться на свет. Фильм на родителей, надо полагать произвел настолько сильное впечатление, что они и назвали меня именем разбойника Алима.

… Позже я попытался определить свой День Ангела и в Православном церковном календаре нашел следующую запись: «1 авг. (ст.ст.), 14 авг. (нов. ст.) Происхождение (изменение) честных дрен Животворящего Креста Господня. Празднество Всемилостивому Спасу и Пресвятой Богородице (1164}. Семи мучеников Маккавеев: Авима, Антонина, Гурия, Елеазара, Евсевона, Алима и Маркелла, матери их Соломонии и учителя их Елеазара (1166 г. до Рожд. Христова)».

Святой человек Слава Рыжов много позже «расшифровал» эту запись, пояснив, что святые мученики-братья были очень сильны в Вере Христовой, за нее претерпели большие гонения, муки — и пострадали.

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...